Гилберт Кит Честертон
 VelChel.ru 
Биография
Хронология
Галерея
Вернисаж
Афоризмы Честертона
Эссе
Стихотворения
Автобиография
Отец Браун
Еретики
Ортодоксия
Повести и рассказы
Пьесы
Философия
Публицистика
Ссылки
 
Гилберт Кит Честертон

Повести и рассказы » Возвращение Дон Кихота

К оглавлению

Глава 16

Королевский суд

Лорд Иден и лорд Сивуд сидели в своей любимой беседке, куда не так давно лучом рассвета влетела стрела. Судя по их виду, они думали скорее о закате. Застывшее лицо Идена могло обозначать многое, но Сивуд безутешно качал головой.

– Если бы они спросили меня, – говорил он, – я бы им объяснил, надеюсь, что они в тупике. Конечно, восстановлению старины сочувствует всякий культурный человек. Но нельзя же сражаться устарелыми методами с реальной опасностью! Что сказал бы Пиль[56], если бы кто-нибудь предложил использовать алебарды дворцовой стражи вместо полиции? Что сказал бы Пальмерстон, если бы кто-нибудь предложил разгонять бунтовщиков парламентской булавой? Мы не вправе проецировать на будущее славные деяния прошлого. Все это могло бы обернуться шуткой, но нынешнее поколение лишено чувства юмора.

– Наш друг король уж точно лишен, – проворчал Иден. – Иногда я думаю, что оно и лучше.

– С этим я никак не соглашусь, – твердо сказал Сивуд. – Настоящий, английский юмор…

В эту минуту на пороге появился лакей, пробормотал ритуальные слова и протянул хозяину записку. Когда хозяин ее прочитал, печаль на его лице сменилась удивлением.

– Господи помилуй! – сказал он.

На записке большими и смелыми буквами было написано, что в ближайшие дни Англия изменится, как не менялась сотни лет.

– Или наш молодой друг страдает галлюцинациями, – сказал наконец Сивуд, – или…

– Или, – сказал Иден, глядя в плетеный потолок, – он взял Милдайк и ведет мятежников на суд.

– Поразительно! – сказал Сивуд. – Кто вам сообщил?

– Никто, – отвечал Иден. – Но я это предполагал.

– А я никак не предполагал, – сказал Сивуд. – Более того, я считал это невозможным. Чтобы такая бутафорская армия… нет, любой культурный человек скажет, что их оружие устарело!

– Скажет, – согласился Иден. – Ведь культурные люди не думают. Образование в том и состоит, чтобы узнать, принять и больше не думать. Так и тут. Мы выбрасываем копье, потому что ружье сильнее, потом отказываемся от ружья, этого варварского пережитка, и удивляемся, когда нас проткнут копьем. Вы говорите, мечи и алебарды теперь не годятся. Они очень хорошо годятся, если противник безоружен. Вы говорите, оружие устарело; все ж это оружие, а наши политики только и делают, что от оружия отказываются, словно их охраняет кольцо невидимых копий. И так во всем. Мы путаем свою утопию, которой никогда не будет, с викторианской безопасностью, которой уже нет. Ничуть не удивлюсь, что бутафорская алебарда сбила их с помоста. Я всегда считал, что для переворота достаточно ничтожной силы, если противник вообще не умеет своей силой пользоваться. Но у меня не хватало смелости. Тут нужен не такой человек.

– Конечно, – сказал лорд Сивуд. – Мы не унизимся до драки.

– Вот именно, – сказал лорд Иден. – Дерутся смиренные.

– Я не совсем вас понимаю, – сказал лорд Сивуд.

– Сам я слишком грешен, чтобы драться, – сказал лорд Иден. – Только дети шумят и дерутся. Но кто не умалится, как дитя…

Неизвестно, понял ли его теперь родовитый викторианец, но больше он не объяснял, ибо глядел на дорогу, ведущую к воротам парка. Дорогу эту и ворота сотрясал тот радостный шум, о котором он говорил, и песня рыцарей, возвращающихся с поля боя.

– Я прошу у Херна прощения, – сказал великодушный Арчер. – Он сильный человек. Я всегда говорил, что Англии нужен сильный человек.

– Я видел силача в цирке, – припомнил Мэррел. – Наверное, многие просили у него прощения…

– Вы меня прекрасно понимаете, – незлобиво сказал Арчер. – Государственный деятель. Тот, кто знает, чего он хочет.

– Что ж, и сумасшедший это знает, – отвечал Мэррел. – Государственному деятелю хорошо бы знать, чего хотят другие.

– Дуглас, что с вами? – спросил Арчер. – Вы грустите, когда все радуются.

– Хуже радоваться, когда все грустят, – сказал Мэррел. – Оскорбительней. Но вы угадали, я не слишком ликую. Вот вы говорите, Англии нужен сильный человек. Я помню только одного, беднягу Кромвеля – и что из этого вышло? Его выкопали из могилы, чтобы повесить, и сходили с ума от радости, когда власть вернулась к слабому человеку. Нам не подходит твердая рука, революционная ли, реакционная. Итальянцы и французы оберегают свои границы и чувствуют себя солдатами. Повиновение не унижает их, властелин для них – просто человек, и правит он потому, что такое у него дело. Мы не демократы, нам диктатор не нужен. Мы любим, чтобы нами правили джентльмены. Но никто не вынесет власти одного джентльмена. Даже подумать страшно!..

– Ничего не пойму, – сказал Арчер. – Зато Херн знает, чего он хочет, и покажет этой швали.

– Дорогой мой, – сказал Мэррел, – миру нужны разные люди. Я не так уж люблю джентльменов, они все больше дураки. Но им долго удавалось править этим островом, потому что никто не знал, чего они хотят. Сегодня ошибутся, завтра исправят, никто ничего не заметит. Прибавят слева, прибавят справа, и все как-то держалось. Но ему обратного пути нет. Для вас он герой, для других – тиран. Аристократия тем и жива, что тиран не казался тираном. Он грабил дом и забирал землю, но не мечом, а парламентским актом. Если он встречал ограбленного, он спрашивал его о ревматизме. На этом и стояла наша конституция. Того, кто бьет людей, вспомнят иначе, прав он или неправ. А Херн далеко не так прав, как он думает.

– Да, – заметил Арчер, – вы не слишком пылкий соратник.

– Я вообще не знаю, соратник ли я, – мрачно сказал Мэррел. – Но я не ребенок. А Херн – ребенок.

– Опять вы за свое! – огорчился Арчер. – Пока он ничего не делал, вы его защищали.

Страница :    «  1     37 38 39 [40] 41 42 43     51  »
 К странице:  
Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ч   Ш   Э   

 
 
     © Copyright © 2021 Великие Люди  -  Гилберт Кит Честертон