Гилберт Кит Честертон
 VelChel.ru 
Биография
Хронология
Галерея
Вернисаж
Афоризмы Честертона
Эссе
Стихотворения
Автобиография
Отец Браун
  Мудрость отца Брауна
  Неведение отца Брауна
  Недоверчивость отца Брауна
  Скандальное происшествие с отцом Брауном
  … 1. Скандальное происшествие с отцом Брауном
  … 2. Убийство на скорую руку
  … 3. Проклятая книга
  … 4. Зеленый человек
  … 5. Преследование Синего человека
  … 6. Преступление коммуниста
… 7. Острие булавки
  … 8. Неразрешимая загадка
  … 9. Сельский вампир
  Тайна отца Брауна
Еретики
Ортодоксия
Повести и рассказы
Пьесы
Философия
Публицистика
Ссылки
 
Гилберт Кит Честертон

Отец Браун » Скандальное происшествие с отцом Брауном »
       7. Острие булавки

Браун огляделся, оценивая взглядом всю доброкачественность обстановки, сдержанную роскошь, окружающую этого замкнутого человека, сопоставляя ее с двумя чемоданами, которые этот жилец привез так недавно в только что законченный и совсем не обставленный номер. Затем он сказал неожиданно:

— Короче говоря, убийца чего-то или кого-то испугался здесь, в доме. Кстати, почему вы здесь поселились? И еще: молодой Генри сказал мне, что вы назначили ему здесь свидание ранним утром, когда вселялись сюда. Так это?

— Ничуть не бывало, — ответил Стейнз. — Я получил ключ от его дяди накануне вечером. Представления не имею, зачем Генри явился сюда в то утро.

— А-а, — сказал отец Браун. — Тогда, кажется, я имею представление о том, зачем он сюда явился. То-то мне показалось, что вы напугали его, войдя в дом, как раз когда он выходил.

— И все же, — заметил Стейнз, глядя на него со странным блеском в зеленовато-серых глазах, — вы продолжаете думать, что я тоже порядочная загадка.

— По-моему, вы — вдвойне загадка, — проговорил отец Браун. — Во-первых — почему вы когда-то вышли из дела Сэнда? Во-вторых — почему теперь поселились в здании Сэнда?

Стейнз задумчиво докурил сигару, стряхнул пепел и позвонил в колокольчик, стоявший перед ним на столе.

— Если позволите, — сказал он, — я приглашу на наше совещание еще двоих. Сейчас на звон явится Джексон, маленький сыщик, а попозже, по моей просьбе, зайдет Генри Сэнд.

Отец Браун поднялся, прошелся по комнате и устремил задумчивый взгляд на камин.

— А пока, — продолжал Стейнз, — я охотно отвечу на оба ваши вопроса. Я вышел из дела Сэнда потому, что не сомневался в каких-то махинациях, в том, что кто-то прикарманивает деньги фирмы. Я вернулся и поселился в этой квартире потому, что хотел понаблюдать за судьбой старшего Сэнда, так сказать, на месте.

Отец Браун оглянулся, когда в комнату вошел сыщик, потом снова уставился ни коврик перед камином и повторил: «Так сказать, на месте».

— Мистер Джексон расскажет вам, — продолжал Стейнз, — что сэр Хьюберт поручил ему выяснить, кто вор, обкрадывающий фирму, и он представил сэру Хьюберту требуемые сведения накануне его исчезновения.

— Да, — сказал отец Браун, — я теперь знаю, куда он исчез. Знаю, где труп.

— Вы хотите сказать… — торопливо проговорил хозяин.

— Он тут, — сказал отец Браун, топнув по коврику. — Тут, под элегантным персидским ковром в этой уютной, покойной комнате.

— Как вам удалось это обнаружить?

— Я только сейчас вспомнил, — ответил отец, — что обнаружил это во сне.

Он прикрыл глаза, как бы стараясь восстановить свой сон, и с задумчивым видом продолжал:

— Это история убийства, которое уперлось в проблему — куда спрятать труп. Я разгадал это во сне. Меня каждое утро будил стук молотков, доносившийся из этого здания. В то утро я наполовину проснулся, опять заснул и потом проснулся окончательно, считая, что проспал. Но оказалось, что я не проспал. Стук утром действительно был, хотя все остальные работы еще не начались; торопливый стук, длившийся недолго перед самым рассветом. Спящий механически просыпается на момент, заслышав привычный звук.

Но тут же засыпает опять, потому что привычный звук раздался в непривычный час… Почему же тайному преступнику понадобилось, чтобы вся работа внезапно стала и после этого на работу вышли только новые рабочие? Да потому, что прежние рабочие, придя на следующий день, обнаружили бы новый кусок заделанного ночью паркета. Прежние рабочие знали бы, где они остановились накануне, и увидели, что паркет в комнате уже наколочен, причем наколочен человеком, который умеет это делать, так как много терся среди рабочих и перенял их навыки.

В эту минуту дверь отворилась, в комнату сунулась голова, сидящая на толстой шее, и на них уставились мигающие сквозь очки глаза.

— Генри Сэнд говорил мне, — заметил отец Браун, глядя в потолок, — что он не умеет ничего скрывать. Но, по-моему, он несправедлив к себе.

Генри Сэнд повернулся и поспешно двинулся назад по коридору!

— Он не только годами успешно скрывал от фирмы свое воровство, — рассеянно продолжал священник, — но, когда дядя обнаружил это, он скрыл дядин труп совершенно новым, оригинальным способом.

В тот же миг Стейнз опять позвонил в колокольчик; раздался долгий, резкий, настойчивый звон, и человечек со стеклянным глазом кинулся по коридору вдогонку за беглецом. Одновременно отец Браун выглянул в окно, опершись на широкий подоконник, и увидел, как внизу на улице несколько мужчин выскочили из-за кустов и оград и разбежались веером вслед за беглецом, который успел пулей вылететь из двери. Отец Браун ясно представил себе общий рисунок истории, которая не выходила за пределы этой комнаты, где Генри задушил сэра Хьюберта и спрятал труп под непроницаемым паркетом, остановив для этого все строительство.

Ему показалось, что он разобрался наконец в Стейнзе, а ему нравилось коллекционировать людей чудаковатых, разобраться в которых трудно. Он понял, что у этого утомленного джентльмена, в чьих жилах, как он заподозрил, течет зеленая кровь, в душе горит холодное зеленое пламя добросовестности и строго соблюдаемого понятия чести, и они-то и вынудили его сперва стожить свои обязанности, покинуть сомнительное предприятие, а затем устыдиться того, что он переложил ответственность на плечи других, и вернуться в роли скучающего, но старательного детектива; при этом он раскинул свой лагерь именно там, где был спрятан труп, так что убийце, боявшемуся, как бы он в буквальном смысле не учуял труп, в панике пришлось инсценировать вторую драму — с халатом и утопленником. Все это было теперь достаточно ясно. Прежде чем втянуть голову назад и расстаться с вечерним воздухом и звездами, отец Браун бросил последний взгляд вверх, на черную громаду, вздымающуюся в ночное небо, и вспомнил Египет, и Вавилон, и все то, что есть вечного и в то же время преходящего в творениях рук человеческих.

— Я правильно говорил тогда, в самом начале, — сказал он. — Это напоминает мне одно стихотворение о фараоне и пирамиде. Этот дом — как бы сто домов, но весь он целиком — могила одного человека.

Страница :    << 1 2 3 4 5 [6] > >
Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ч   Ш   Э   

 
 
     © Copyright © 2021 Великие Люди  -  Гилберт Кит Честертон